«Большой поход Гумбольдта: Урал». Часть 2: Берёзовский

Эфир 12 Октября 2019, 17:25
В программе «Большой поход»

Большой поход Гумбольдта: Урал. Вторая серия: Берёзовский

В начале июня 1829 года научная экспедиция Александра фон Гумбольдта отправилась из Екатеринбурга на Берёзовские золотые промыслы. Три дня провели учёные на здешних рудниках, заводах и россыпях, знакомились с методами добычи полезных ископаемых и общим положением дел. Особое внимание путешественники уделили озеру Шарташ. 

Александр фон Гумбольдт в Берёзовском, 7 июня 1829 г.:
«Мы проезжали через большое село Шарташ и посёлок Берёзовский. Побывали на рудниках Благовещенский и Преображенский, совсем рядом с Берёзовским, и на здешних золотоносных месторождениях. Не оставили без внимания и горы возле озера Шарташ. Вся эта поездка позволила нам составить подробную карту золотоносных месторождений и геологических условий местности». 


г. Берёзовский, 2019 г.

Александр Тарасов, искренне любит историю:
Ну вот, товарищи, мы с вами в городе Берёзовском, а это, на секундочку, родина и столица золотодобычи России.

Ромка, проверяет и перепроверяет:
Правда? Вот этот маленький городок – это столица золоторождения?

Абсолютная правда. Именно здесь нашли первое в России золото.

Ксюша, испытывает легкое недоверие к школьной программе:
Ну вот, нам снова ничего про это в школе не рассказывали. Я всё самое интересное пропускаю.

Тогда не пропустите всё самое интересное здесь и сейчас. Вот памятник человеку. Это обыкновенный житель деревни Шарташ середины XVIII века. Зовут его Ерофей Марков, и он первым нашёл маленькие камушки, самородки золота и рассказал о них властям.

Матвей: девиз жизни «Всё в дом»:
Я бы себе это золото оставил и по-тихому бы коллекцию собрал. Какой честный человек этот Марков.

Маринка, любит логические задачи:
Мы же вроде бы в экспедицию по следам Гумбольдта отравлялись? При чём здесь вообще Берёзовский?

Как известно, Александр фон Гумбольдт в середине XIX века объехал почти всю Свердловскую область, а здесь, в Берёзовском он задержался аж на три дня. Что он тут делал, мы узнаем прямо сейчас, если отправимся в музей золота. Идём? Идем.


г. Берёзовский, Музей золота

Так, ребят, мы с вами находимся в Музее золота, город Берёзовский. Вот на этой карте обозначены первые изыскания золота. Ей 200 лет. Примерно здесь было обнаружено первое берёзовское золото, первое в России. Первый рудник, который здесь появился, вот тут, он называется Первоначальный, появился в 1748 году. Через три года после того, как Марков обнаружил золото. Тогда, с самого начала, он назывался Шарташский. Здесь было пробурено, пробито большое количество шахт, построены разнообразные заводы и в том числе завод по отделению золота от других пород.

Я думал то, что золото – это такие самородки, а оказывается, их из других пород выделяют? Значит, самородки – это сказка?

Нет, самородки – это не сказка. Это не миф, они действительно встречаются, правда, очень-очень редко, а так в принципе золото добывается из жил, которые находятся очень глубоко под землей. Мало того, они не отделены, они переплетаются с другими горными породами. 

Александр фон Гумбольдт в Благовещенском руднике, 5 июня 1829 г.:
«Удивительное богатство почвы Урала возрастает ещё более, если перечислить виды минералов, сопровождающих в наносных слоях золото, платину, иридий, осмий-иридий и алмазы. В различных посещённых нами золотых приисках, Розе насчитал 24 различных вещества. Какое творчество производительных сил в недрах земного шара!»

С коренным – жильным – золотом русские горные люди знакомы были задолго до открытия его на Урале. Во многих европейских странах они побывали на рудных месторождениях и видели, что золото и другие металлы образуют одну семью и содержатся в белом камне кварца. Жилы кварца вместе с золотом заполняют трещины среди различных горных пород и уходят вглубь земли. Открытие месторождения в Берёзовском в середине XVIII века положило начало промышленной добыче жильного золота в России. 

Вот, кстати, о самородках.

А почему золото вообще нужно было добывать? Украшения всякие из него делают – знаю, а больше оно ни на что и не пригодно.

Так в компьютерах и телефонах, например, используют золото в качестве деталей.

А у моей бабушки зубы золотые.

Точно. Нам что-то по географии рассказывали про золотой запас страны. Может, из него зубы золотые делают?

Вы все совершенно правы. Золото действительно используется в десятках разных видах человеческой деятельности: это и косметология, и косметика, и украшения, и электроника. Золото нужно разделить на две очень большие части. Первая – это золото бытовое, второе – это для золотого запаса страны. Туда оно идёт только самой высшей пробы, четыре девятки – 999,9. В нашей стране такой запас тоже есть. 

О, смотрите, золотой шарик. Шарик 46 миллиметров, имеет массу один килограмм. Это как вообще?

Давайте с вами вспомним физику сейчас, посмотрите на бутылочку. Если в неё налить примерно литр воды – вспоминайте, химики-физики, сколько она будет весить?

Килограмм или около того.

Примерно килограмм. А вот теперь представим на секундочку, что мы эту бутылку заполнили золотым песком. Каков будет вес? 

Килограммов 15, наверно.

Правильно, 15-16 килограммов. Совершенно верно.

Это уже не поднять будет.

Стоп, разве золото – это песок? Мы же только что про самородки и жилы говорили.

Вот, это ещё одна интересная деталь из истории добычи золота. Пойдёмте. 

Долгие полвека в нашей стране золото добывалось только в рудниках. Коренное или жильное оно называлось. Люди, конечно, знали о том, что существует золото рассыпное, однако считалось, что добыть его можно только в жарких странах, таких, как, Южная Америка или Азия, то есть вроде бы как оно есть, но это такая далекая, несуществующая сказка, и вдруг – бах! 1814 год, Лев Брусницын находит рассыпное золото. Где?

В Берёзовском.

Конечно. 

Спустя несколько лет после находки Брусницына один только первый прииск давал каждый год до пяти пудов золота. В последующие годы появились десятки, а затем и сотни подобных приисков – и это только на Урале. Так уральский мастер опроверг бытовавшее во всем мире мнение о том, что рассыпное золото появляется под воздействием солнечных лучей. С 1824 года практика и опыт берёзовского самоучки Брусницына стали распространяться сначала в Сибирь, а затем по всей России и за её пределы. 

Рассыпное золото научились находить и добывать в России и во всём мире благодаря Александру фон Гумбольдту. Он приехал в Берёзовский, он изучил весь опыт нахождения добычи золота здесь, пообщался с Брусницыным, высоко оценил его профессионализм и вынудил или заставил весь мир использовать русский опыт в нахождении и добыче золота. Так он, Александр фон Гумбольдт, настоял на геологическом сходстве наших Уральских гор и гор в Калифорнии. 

О, я читал про Золотую лихорадку в Америке.

Да. В 1848 году началась Золотая лихорадка в Америке. Это, собственно, и есть доказательство того, что Гумбольдт был прав. Вот вам, собственно, выгода научной теории. Найди гипотезу, обоснуй, докажи – и оп! Появляется экономическая выгода.

В чём конкретно выгода?

Ну, смотри, рассыпное золото добывать намного дешевле, чем коренное или жильное. Примерно в пять раз.

Это же самое интересное: как золото добывается, как его от других материалов отделяют. Можно как-то об этом узнать?

Я бы сама пару крупинок золота намыла.

Совершенно верно. Лучшее изучение теории– всегда только на практике. Хотите стать золотодобытчиками?

Конечно, да!

Отправляемся в учебную шахту.

Ура!


г. Берёзовский, Музей-шахта

В 1845 году мы преодолеваем очень важный рубеж. На Россию приходится половина мировой добычи золота. При этом наша страна, естественно, занимает ведущие позиции в экономике, и всё это благодаря вот этому человеку – Льву Брусницыну. Однако за свои невероятные усилия он получил всего лишь серебряную медаль.

Ну, это же нечестно!

Это нечестно. Совершенно верно. Но тогда жизнь крепостных крестьян вряд ли можно было считать счастливой. Кстати, свою карьеру – вот вам же сейчас 14? – он начал в 11 лет и работал не где-нибудь, а уже на золотопромывке и в шахтах. Это очень тяжёлая работа.

Правда?

Правда.

Я слышала, что в XIX веке начинали работать очень рано, даже в школу не ходили.

У Льва Брусницына было два класса церковно-приходской школы, однако ты права. Дети на золотых приисках работали достаточно много, потому что считалось, что они гораздо честнее, чем взрослые.

Ну, я готов работать...

Рудокопом?

Пошли.

Пошли, рудокоп. Так, ребята, мы в шахте. Поэтому надеваем каски. Без касок нельзя.

Как здесь круто!

Прямо бомба!

Вообще...

А теперь берем фонари.

Вот шахта. Сейчас мы используем электрические фонари в шахте, где абсолютно нет источников света, а тогда, два века назад, когда здесь был Александр фон Гумбольдт, как вы думаете, чем освещали себе путь проходчики-рудодобытчики? 

Какие-нибудь свечи, наверное, или керосиновые лампы.

Вот. Лампочками с открытым огнём – примерно вот такими, и прозвали эти лампочки не как-нибудь, а «Бог в помощь». 

Света не даёт. Что это вообще такое?

Она не даёт света, мало того, она еще очень опасная. Ведь в шахте вполне может оказаться газ.

Какой газ?

Природный.

А что, взрывы были?

Да-да, взрывы были от огня.

И люди погибали?

И люди погибали, совершенно верно, но Александр фон Гумбольдт сделал кое-что, что является еще серьёзной дорисовочкой к его портрету.

Сразу после окончания академии Александр Гумбольдт получил назначение обербергмейстера, и ему приходилось инспектировать множество рудников в Германии. Он анализировал распределение газа в шахтах и пришёл к выводу, что необходимо сделать безопасную лампу. Лампу, которая не вызовет взрыв газа в случае его скопления. Изобретённый им принцип фильтрации воздуха и использования мехов в дальнейшем использовали другие специалисты, создавшие такую лампу на два десятилетия позже. 

И не только лампы он конструировал – также Гумбольдт работал над конструкцией дыхательного аппарата, который можно было бы использовать в тех местах, где скопилось очень много газа. Невероятно разносторонний человек. Таким он был в молодости, таким он был в зрелом возрасте и таким оставался до старости.

Да, в 60 лет и в горы, и в шахту. Всем бы такую старость! 

Точно. 

Письмо А. фон Гумбольдта Е.Ф. Канкрину 10 января 1829 г.:
«Я люблю удобство, особенно чистоту, но и при всех вынужденных лишениях бываю бодр и доволен. Я равнодушен к почётным встречам, но очень признателен за сердечный приём. Я чувствую себя обязанным и желаю быть полезным вашему государству, поскольку это позволяют мои возможности (хожу ещё свободно, несмотря на мой возраст и мои седые волосы, не отдыхаю в течение восьми-девяти часов) и мои скромные познания и горном, соляном и ином техническом деле». 

На некоторое время мы сейчас с вами станем работниками шахты. Мужская работа заключается в том, что вагонетку, наполненную рудой, нужно опрокинуть. 

Туда?

Да, туда. 

Хорошо. А теперь вторая часть, это женская работа. Раздобудьте-ка, девчонки, кувалду. Женская работа, вам как раз по 14.

Почему женская?

Потому что женская. Женская работа заключалась в том, что нужно было кувалдой отбить дно вагонетки, чтобы руда немножечко отошла.

Такая тяжёлая, как золото. 

Ну что, парни, возвращайте вагонетку обратно. Хотите в шахте работать?

Да! Хотим! 

Давайте девочек посадим как раз, вот давайте как с рудой ехать...

Золотце наше!

Как на американских горках, только круче. Страшно!

Держи фонарь. Берегите головы!

Страшно! 

Стоп! Вот так добывали золото жильное. А хотите ли вы попробовать добывать золото, которое находится на поверхности?

Конечно!

Погнали. 


Окрестности г. Берёзовского, р. Шиловка

Александр Баталин, экскурсовод в музее Шахта города Берёзовского:
Вот, ребята, мы приехали с вами на речку Шиловку. Здесь золотоносная россыпь была. Старатели в позапрошлом веке ещё добыли здесь, с этой россыпи, с этой речки больше 600 килограмм россыпного золота. Что такое россыпное золото? Это когда наши рудные жилы разрушались, всё же превращалось в прах, в пыль, в песок. Сдувалось ветром, смывалось водой, а золото, оно же тяжёленькое. Оно садится на материнские породы, несколько перемещаясь, скапливается в долинах речек, ложков – вот тебе и россыпь образовалась. Если Бажова читали, говорили так, что золотой полоз прополз, там и россыпь сформировалась. Но речки-то как текут? Змейкой, так и текут. Если кому-нибудь повезет, пылиночку найдёт или песчинку – ну, ваше счастье.

Вообще, вот такие, а это для самых жадных. Почаще на дно и вот так споласкивайте, споласкивайте, берём золотой песок. Что такое золотой песок? Смесь вот такого материала: песок, щебень, может глина попасть. Кто самый первый, тому самого вкусненького. 

Работа не пыльная, но маленько грязная. Вот так вот смочили. Глина, если есть, её размяли и потом в воде хорошо-хорошо протрясти. Чем меньше остаётся, тем всё аккуратнее и аккуратнее делается. Остаются самые тяжёлые минералы. Называется это шлих. 

Ohne Fleiss kein Preis (Без труда нет награды).

Точно! Без труда не вытащишь и самородок из пруда.

Вот и пирит. 

Nicht jeder Stein ist ein Edelstein (Не каждый камень драгоценность).


Пирит иногда называют золотом дураков. Если вы вот так отмываете, пирит моете, может, золотинка и появится. Вот такая крупинка на солнышке блестит... а как отличить золото от не золота? Ведь не всё же золото, что блестит, правда?

Не представляю.

Золото же пластичный металл. Из одного грамма золота можно вытянуть три километра проволоки. Значит, что мы должны сделать, если видим такую блестяшку?

Помять.

Да, попытаться разрушить любым способом. Крупный стукнуть молотком, маленький ковырнуть гвоздиком, иголочкой. Вот если крошится – точно не золото. Пылинка может попасть. Сейчас посмотрим, не попалось ли нам тут золото. Что-то похожее видно.

Ура, золото!

Можете поздравить меня.

А. фон Гумбольдт, «Центральная Азия»:
«В Берёзовском золотые жилы, где они выступают на поверхность, покрыты толстым слоем золотоносных песков, так что уже сейчас здесь извлекают выгоду и богатств этого слоя, копая шахты и в особенности, проводя штольни. На плато Берёзовска следует отметить золотые россыпи Первопавловска, которые нынче очень богаты и даёт три золотника золота на сто пудов песку». 


Свердловская область, о. Шарташ

Ну, товарищи походники, идущие по следам Александра фон Гумбольдта. Куда это мы с вами забрели?

Это же Шарташ!

Да, давайте купаться. 

Погодка шепчет вообще!

А я здесь часто бываю, красиво тут.

Сейчас красиво, но два века назад, сразу после отъезда Александра фон Гумбольдта озера почти не стало.

Выпил, что ли?

Нет, не выпил. Дело в том, что между озером Шарташ и Берёзовскими приисками находятся болота – тут всего несколько километров. По слухам, с лёгкой подачи Александра фон Гумбольдта власти решили озеро осушить. Болота осушать бесполезно, потому что они подпитываются водой, а всё почему? Потому что богатые золотые прииски периодически заливаются грунтовыми водами. И вот Гумбольдт уехал, и озеро осушили. 

Помогло?

Нет, совершенно нет. Озеро уменьшилось в 16 раз, восстанавливалось полвека, зато посмотрите: теперь оно стало даже больше, чем прежде.

Письмо А. фон Гумбольдта Е.Ф. Канкрину 9 июня 1829 г.:
«Я стараюсь получить точные сведения относительно обсуждаемых здесь в настоящее время проектов обуздания воды в Берёзовском. Вы сами знаете, что, когда рудник затоплен, трудно судить, откуда вода поступает, и можно ввести казну в излишние расходы. Если бы представилась возможность еще хоть раз на короткое время, на полгода его осушить посредством нескольких конных приводов (ибо в местных условиях дешевле применить лошадей, чем паровые машины), тогда можно было бы поставить диагноз, прежде чем признать больного совсем безнадёжным».

Комментарии

Ctrl + Enter